Перейти к основному содержимому

Russia Running • О беге и для бегунов


«Себя я точно профессионалом не считаю». Ярослав Бякин – о личных рекордах и работе в ГАИ

 «Себя я точно профессионалом не считаю». Ярослав Бякин – о личных рекордах и работе в ГАИ

В шесть утра – подъём, к девяти – на работу, домой – около семи вечера. В этот график Ярослав Бякин умещает подготовку, которая позволяет ему бороться за призовые места на российских стартах и обновлять личные рекорды. Бегун работает в управлении ГАИ в Санкт-Петербурге, а этим летом стал отцом. При этом уходящий сезон считает одним из удачных: обошёлся без травм и прибавил на десятке.

Ярославу 26 лет, он родом из Саранска. Начинал с лыжных гонок, а бегом занимается с 2018 года. Его личные рекорды: 5000 м – 14:19, 10 км – 29:16, полумарафон – 1:02:46.

В разговоре Ярослав объяснил, почему пока не готов отказаться от службы ради спорта, рассказал о стипендии в две тысячи рублей в Татарстане, самостоятельных тренировках и мечте отобраться на Олимпиаду.

«За сезон точно ставлю себе пятёрку»

Поздравляем со вторым местом и личным рекордом на дистанции в 10 км на «Арена Марафон 2026» – 29:16! Доволен десяткой?

Гонкой доволен на сто процентов, потому что давно хотел улучшить личный рекорд на десятке: он у меня был достаточно скромный. Давно работал именно над этой дистанцией, и сегодня, слава богу, совпало всё: погода, условия, кондиции, состояние. Была хорошая компания. Всё сложилось, и получилось пробежать по личному рекорду.

Уже конец сезона. Накопилась ли усталость?

У меня из года в год такая тенденция: оптимальные кондиции приходят как раз осенью, причём поздней. Я для бегуна достаточно крупный парень, и мне хорошо бежится, когда свежо. Даже когда другим легкоатлетам холодно, мне очень комфортно.

Ещё в этом году меня, слава богу, миновали травмы. Сезон пока не закончен, но к его окончанию подходим без травм, чему я безумно рад. Не было никаких проседаний в форме, непонятных синусоид, как в прошлом и позапрошлом году. Сейчас наслаждаюсь бегом, состояние прекрасное. Каждый старт – удовольствие.

Какие старты ещё остались?

Точно будет Гатчина, десять километров. В этом году тоже есть планы, но не знаю, получится ли. Постоянные задержки и отмены рейсов.

Если подводить предварительные итоги, доволен сезоном?

Сегодня у меня брали интервью и пожелали вернуться на прежний уровень, показывать прежние результаты. Меня такая постановка вопросов от журналистов очень удивляет. Не огорчает, не обижает, но удивляет.

По большому счёту, у меня из года в год достаточно ровные, стабильные, качественные сезоны. На своём уровне я плюс-минус держусь: 63 минуты на половинке.

Этот сезон считаю очень удачным. Во-первых, особняком стоит то, что прошёл его без травм. Это очень важно: не было никаких провалов. Во-вторых, сегодня установил личный рекорд на десятке. Это важный показатель того, что ещё есть скорость, которую можно развивать.

У меня было два качественных полумарафона: на чемпионате России в начале сезона в Сириусе и в Казани. А лучшее состояние в этом году было на «Моей столице». Там, правда, был такой рельеф, что по времени этого не видно, но состояние было безумное. Можно было бежать просто до дури.

Поэтому за сезон точно ставлю себе пятёрку. Но он ещё не закончился – может быть, будет пятёрка с плюсом. В целом я очень доволен.

Что позволило пройти сезон ровно и без травм?

На самом деле изменений не было, причём уже достаточно давно. Помимо того, что я тренируюсь и выступаю, у меня есть профессиональная деятельность: я работаю. И работа моя никак не связана со спортом. Просто нет временного ресурса, чтобы что-то менять, поэтому подготовка была абсолютно идентичной.

Я склонен думать, что у многих травм есть психосоматическая подоплёка. И некоторые вещи я пересмотрел именно психологически. Где-то стал меньше зацикливаться, где-то стал спокойнее, перестал акцентировать внимание, например, на каком-то дискомфорте в мышцах.

«Сейчас уже другие приоритеты, больше внимания семье»

Летом у тебя родился ребёнок. Как пополнение в семье сказалось на тренировочном режиме?

Да, летом у меня родился сын, мы с женой безумно рады. Конечно, это внесло корректировки не только в тренировочный режим, но вообще в мою жизнь.

Сейчас меньше времени на себя, на восстановление, на отдых. Например, если бы сегодня мы были с супругой вдвоём, я бы взял и поехал в баню, на массаж. Сейчас уже другие приоритеты, больше внимания семье.

Но на спортивных результатах это пока не отражается?

Да, потому что я уже четыре года живу в достаточно жёстком режиме. За эти четыре года у меня не было такого свободного времени, чтобы расслабиться и только тренироваться. Постоянно приходилось заниматься тайм-менеджментом: что-то урезать, где-то искать время.

Рождение сына изменило распорядок дня, но я постарался всё аккуратно совместить. Конечно, огромная благодарность моей жене. То, что Полина делает, сколько ответственности берёт на себя, сколько сил вкладывает в воспитание ребёнка, особенно в первые месяцы, вызывает у меня невероятное восхищение. Огромное ей за это спасибо.

В предыдущем интервью ты рассказывал, что работаешь юристом. Чем сейчас занимаешься?

По образованию я юрист, но работаю в полиции.

А тренерская деятельность, о которой ты упоминал в соцсетях, – это дополнительный заработок?

Да, это и дополнительный источник заработка, и возможность помочь людям. Сейчас это очень востребовано и популярно.

Но в перспективе мне хотелось бы больше работать с детьми. Я максималист, начинал с профессиональных занятий лыжными гонками, и мне интересно растить маленьких ребятишек. Будем честны: любитель олимпийским чемпионом не станет. Здесь амбиции тренера немного упираются в стену, которую мы вдвоём объективно не можем преодолеть.

А когда работаешь с детьми, вкладываешь всю душу, все свои навыки в подрастающее поколение. Ты для них своего рода воспитатель в спорте. Эта мысль меня больше мотивирует, здесь больше огня. Поэтому, возможно, в перспективе окажусь тренером-преподавателем.

«На беге сейчас можно хорошо зарабатывать»

Ты себя относишь к любителям или профессионалам? Здесь всегда тонкая грань.

Я вообще считаю, что в нашей стране сейчас профессионалов нет. Я выходец из лыжных гонок и знаю, что такое профессиональный спорт с нормальной федерацией, нормальной сборной России. Знаю, что такое костяк сборной, когда люди готовятся централизованно, с конкретными тренерами.

В лёгкой атлетике всё крайне хаотично. Есть какие-то эфемерные списки сборной России, какие-то никому не известные тренеры сборной, но все тренируются сами по себе. Костяка как такового нет. Каждый выступает и ездит туда, куда хочет. На международную арену мы вообще не выезжаем.

Для меня критерий профессионализма – централизованность, общая подготовка сборных. Сейчас ребята существуют более разобщённо. Несмотря на то что практически все они не работают, а только тренируются, бегают и этим зарабатывают, я не могу отнести это к профессиональному спорту.

Себя я точно профессионалом не считаю, особенно с учётом того, что полноценно работаю по графику пять через два.

Учитывая твои результаты, можно ли сказать, что бег уже приносит ощутимые деньги? Или для тебя это всё ещё хобби?

Если говорить именно о финансах, это уже далеко не хобби. Без лишнего хвастовства: по современным меркам это хорошие деньги.

Сейчас организаторы, спортивные команды, бренды часов, одежды – чего угодно – очень круто подключились ко всей этой беговой тусовке. На беге сейчас можно хорошо зарабатывать.

При этом у тебя нет возможности оставить работу, чтобы полноценно тренироваться? Или ты сам не хочешь?

Сейчас ты попала прямо в нерв ситуации. У меня как раз идёт такое обсуждение: есть возможность освободить меня от рабочих обязанностей, чтобы я только занимался бегом и тренировался. Но я пока всё это обдумываю.

Мы же прекрасно понимаем, что спортивная жизнь далеко не вечна. Я, как выходец из лыжных гонок, это хорошо знаю. Показывать максимальные результаты и хорошо зарабатывать в профессиональном спорте можно в идеале до 35 лет. Дальше уже идут исключения, которые подтверждают правило.

И вот мужчина в 35 лет остаётся без заработка, перестаёт показывать результаты. А реализовываться в чём-то ещё нужно, особенно если есть семья, дети, желание иметь ещё детей.

Уйти только в лёгкую атлетику, не имея за спиной чего-то серьёзного в виде профессии, – достаточно инфантильно. Я бы ещё понимал, если бы речь шла о таких заработках, как у футболистов или хоккеистов.

Или хотя бы о контрактах, как у бегунов за границей.

Да, если бы речь шла о контрактах, которые позволяют за пять-шесть лет обеспечить себя и дальше спокойно жить. Но, к сожалению, нет.

Сейчас у нас хорошие заработки, но они не позволят потом спокойно жить десятилетиями. А оказаться в 35 лет не у дел, как некоторые ребята… Уже нет былой славы, сил, а нужно где-то реализовываться, работать. Поэтому ситуация двоякая, и я пока в процессе обсуждения.

Считаю, что сейчас извлекаю максимум из того, что имею. У меня есть работа, где я реализуюсь, развиваюсь, строю карьеру. При этом занимаюсь спортом, показываю результаты и зарабатываю деньги. Есть тыл, куда могу отступить, если в спорте что-то перестанет получаться.

Что у тебя за работа в полиции?

Я работаю в управлении ГАИ в Санкт-Петербурге. Работу можно назвать штабной, в кавычках – сидячей. Работаю в отделе кадров, отвечаю за подготовку сотрудников по стрельбе, боевую подготовку, комплектование.

Много разъездной, организационной работы, в течение дня приходится достаточно много перемещаться. Не так, что я сел и просто сижу. Работа всё равно активная, в движении.

«Ни один план ни одного тренера не подойдёт»

Сложно тренироваться в Петербурге, особенно зимой?

С климатом у меня вообще никаких проблем, адаптировался на сто процентов. Лыжная закалка, лыжный характер. Мы бывали в таких местах, где тренировались и в тридцатиградусный мороз, и в слякоть.

Когда был лыжником, часто ездил на сборы в Финляндию, в Вуокатти. Это достаточно близко к Питеру, поэтому местный климат мне был знаком.

Единственное – поздней осенью и зимой, когда очень рано темнеет, психологически тяжело заставить себя выйти потренироваться, побегать. Но это, слава богу, выпадает на межсезонье, когда нет соревнований. В этот период бывают новогодние выходные или отпуск, и мы стараемся куда-то вылететь, выехать отдохнуть.

С графиком сложно, но при должном желании, если игра стоит свеч, можно найти время, адаптироваться и привыкнуть.

Писали, что в этом году ты сменил тренера. Почему?

Я пять лет жил в Казани. Моим первым тренером был Виталий Георгиевич Ильин. Я безумно его уважаю, люблю по-отечески. Мы и сейчас тесно взаимодействуем, очень дружим. Сегодня он меня уже миллион раз поздравил с личным рекордом, очень за меня рад.

Потом я перешёл к Александру Абрамову, но сейчас у него не тренируюсь. Мы попробовали поработать, был пробный период, но в итоге решили не продолжать. Поэтому сейчас тренируюсь самостоятельно. С Александром тоже на связи, но он меня не тренирует.

Что касается ухода от Виталия Георгиевича, ситуация была связана не с ним лично. Не с тем, что он меня не устраивал как тренер. Я попросил руководителей в Татарстане: «Мне бы хотелось за свой труд получать какие-то деньги». Мне говорили: «Да-да, всё будет хорошо, всё нормально». В итоге в какой-то момент назначили стипендию – две тысячи рублей в месяц.

Если бы это был мой родной регион, откуда я родом, – Саранск, мне было бы просто приятно за него выступать. Я безумно люблю Казань и Татарстан, но это не мой родной регион. И когда мне дают понять: «Мы в тебе не особо заинтересованы, вот тебе две тысячи рублей», – я говорю: «Ребят, хорошо, расходимся полюбовно. Это ваша позиция, а моя – искать что-то другое».

Виталий Георгиевич – штатный тренер Татарстана. Если бы он ушёл со мной, то тоже потерял бы свою ставку, зарплату. Поэтому на тот момент мы решили расстаться.

С Сашей начали работать, потому что он был рядом, мы взаимодействовали. Я очень хорошо общаюсь с Сергеем Шаровым, мы вместе тренировались в лыжах. Как-то начали общаться и с Сашей, но обстоятельства немного поменялись, и сейчас я пока один.

В перспективе всё-таки хочешь работать с тренером?

Мне подойдёт работа с тренером только в одном случае: если буду полностью освобождён от работы и стану только тренироваться.

Сейчас у меня такой график, что ни один план ни одного тренера не подойдёт. Он настолько вариативен, я могу вносить столько корректировок в течение недели из-за бытовых и рабочих обстоятельств, что ни один тренер этого терпеть не сможет и не будет.

К тому же я в циклическом спорте, начиная с лыжных гонок, уже порядка девятнадцати лет, в том числе на высоком уровне. Настолько хорошо себя чувствую и знаю, что тренер как таковой мне уже не нужен.

Нужен скорее взгляд со стороны: чтобы человек подсказывал, где я немного зарываюсь или чего-то недопонимаю. По большому счёту, эти четыре года в лёгкой атлетике я тренируюсь по своим планам. Меня всё устраивает.

«Есть вера в свой талант, в то, что он ещё не раскрыт»

Твой лучший результат на полумарафоне – час две минуты с небольшим. Насколько реально в перспективе выбежать из часа? Тебе или кому-то из действующих российских бегунов?

Нужно понимать, что ребята, с которыми я конкурирую, – свободные спортсмены. Они только тренируются, восстанавливаются, отдыхают и соревнуются. Я за четыре года, пока выступаю на высоком уровне в лёгкой атлетике, ни дня не имел возможности просто тренироваться.

Я работаю, и это реальная работа. Многие не верят или думают, что я на фрилансе, сижу дома за компьютером. Нет, я встаю в шесть утра, к девяти еду на работу, возвращаюсь в семь вечера.

Если сейчас скажу: «Да, верю, что с моим талантом и потенциалом могу бежать из часа, наравне с Никитиным», – это будет бравада и хвастовство.

Но жена мне говорит: «Мы не знаем, какой у тебя потенциал, потому что ты ещё ни дня не использовал все ресурсы для того, чтобы его раскрыть». Представляешь, за четыре года у меня был один-единственный сбор. И то поехал, потому что был отпуск и появилась такая возможность.

Поэтому сейчас рассуждать о том, смог бы я выбежать из часа или не смог… Но где-то подсознательно есть вера в свой талант, в то, что он ещё не раскрыт. Тем более я молод, мне 26 лет. Думаю, что как минимум результат точно бы улучшил. Бежал бы намного сильнее.

Задумываешься о марафоне?

Конечно. Не знаю, слышала ты или нет, но я как раз хотел сегодня бежать марафон.

Правда?

Да, были такие разговоры, мысли. Но в итоге немного отложили. Я почувствовал, что набираю хорошую форму, и понял, что можно реализовать себя на десятке.

О марафоне, естественно, думаю. Хоть я и молод, 26–27 лет – уже возраст, когда можно его попробовать. Но понимаю, какие у марафона издержки, в том числе физические.

Да, там больше платят, хорошие деньги. Но хороших марафонов может быть три-четыре в году. Четыре – даже много, скорее три. Не хочется пробежать марафон и потом потеряться. Когда регулярно бегаешь десятки и половинки, каждую неделю, как будто интереснее. Тем не менее о марафоне думаю.

Может быть, попробуешь в следующем году?

Да. Мысли были ещё в этом году, но теперь уже точно нет. Возможно, в следующем выйду на старт.

Есть предпосылки к тому, что это будет либо Казань – я безумно люблю Казань и организацию Вадима Янгирова, – либо в Петербурге.

А самому больше нравятся более короткие или длинные дистанции?

Думаю, всё-таки длинные. У нас многие ребята, которые действительно быстро бегут десятку, пришли с полутора тысяч метров, со стадиона. Они очень скоростные, заряженные, у них быстрые ноги. А я, наоборот, выходец из лыж. Стараюсь добавить скорость к своей базе. Думаю, потенциал у меня больше именно на длинных дистанциях.

Российская лёгкая атлетика давно отстранена от международных соревнований. Если представить, что в ближайшем будущем появится возможность выступать, хотелось бы попасть на Олимпийские игры, чемпионат мира? Есть такая цель или мечта?

Да, конечно. В 2028 году Олимпийские игры в Лос-Анджелесе. Я даже с женой об этом разговаривал: как было бы круто попробовать себя на марафоне, подготовиться и попытаться отобраться.

Эта мысль до сих пор не отпускает. Но я реалист. Если бы федерация была допущена, у нас была бы возможность отобраться… Я думаю, на марафон повезли бы четыре-пять человек по квоте.

Мы разговаривали об этом в Казани с Димой Неделиным. Наша федерация сейчас не допущена. И, скорее всего, лёгкую атлетику допустят в самый последний момент, потому что с неё вся эта заварушка и началась.

Думаю, единственный возможный вариант – получение нейтрального статуса. А это крайне сложные, практически нереальные для меня условия отбора. Чтобы попасть на Олимпиаду, нужно бежать из 2:06 либо проходить по добору, по очковой системе.

Я реалист и понимаю: если не будет федерации и какого-то костяка сборной, попасть по добору практически невозможно.

Ты четыре года выступаешь на высоком уровне. Как за это время изменилась конкуренция?

Конкуренция за последние годы выросла просто безумно. Когда я только начал бегать, то полумарафон за 1:04:30, а десятку за 29:50 было очень круто. С такими результатами ты точно попадал в тройку, а, скорее всего, выигрывал.

Сейчас 1:04:30 на полумарафоне – это значит, что на крупном старте тебя даже в пятёрке не будет.

На десятке Московского марафона пять человек пробежали 28:44 и быстрее. Артём Попов выиграл с результатом 28:30. Никитина сейчас не берём, он вне конкуренции. Представляешь, пять человек выбежали из 29 минут!

Быстрые ребята постоянно появляются. Это очень круто. Лёгкая атлетика живёт. Спасибо деньгам организаторов, потому что они реально мотивируют. Сейчас у нас очень сильные ребята и очень серьёзная конкуренция.

Как думаешь, повлиял ли на рост скоростей прогресс в спортивной обуви, появление карбоновых моделей?

Нет. Честно скажу: карбон хорош с точки зрения амортизации. Он не столько даёт в момент гонки, сколько с точки зрения быстроты восстановления после неё. Ты получаешь меньше ударной нагрузки.

Я по российским меркам бегаю достаточно быстро. И могу сказать: если состояния нет, что мне этот карбон? Бывают дни, когда состояние вообще небегущее. И пусть у меня карбон на ногах – я не побегу, если ноги не бегут.

Карбоновая эпоха у нас достаточно давно началась. Ещё во времена Лёши Реункова, Искандера Ядгарова карбон уже был. Но тогда так быстро не бежали.

Ярослав не скрывает, что хотел бы узнать, на что способен, если сможет полностью сосредоточиться на беге. И нам тоже любопытно. А пока будем ждать его первого марафона и с удовольствием следить за его успехами.

Фото: Mysport.photo

Другие материалы автора